Домой Новости После войны в Карабахе делать обычные операции очень сложно — врач...

После войны в Карабахе делать обычные операции очень сложно — врач НИИ Склифосовского

125
0

После войны в Карабахе делать обычные операции очень сложно -  врач НИИ Склифосовского

Депрессия накрыла уже в Москве: врач НИИ Склифосовского не считал спасенных в КарабахеВо время первой войны в Карабахе Шаген Даниелян был еще студентом, помогавшим опытным хирургам, во время второй – спасал жизни благодаря своему профессионализму.

Давид Галстян, Sputnik Армения

С хирургом НИИ скорой помощи имени Н.В. Склифосовского Шагеном Даниеляном, который приехал в Карабах помогать местным врачам, мы впервые побеседовали еще в ходе войны – в Степанакерте. Через 7 месяцев в Ереване мы встретились с ним снова.

От войны до войны

Даниелян пошел на первую войну будучи студентом 2 курса — «восхищенно ходил за опытными хирургами». На 5 курсе, к концу войны, он уже был майором медицинской службы.

Признается, что был счастлив, когда брали на операции, он ассистировал день и ночь. Между операциями сдавал кровь. Та война оставила глубокий след в его жизни. Но реальную помощь, по его уверениям, он оказал в ходе последней войны.

«Я вернулся на вторую войну, когда уже состоялся в Москве как специалист. Долгие годы работал в институте Склифосовского, где есть все возможности, чтобы научиться неотложной хирургии. Это мне сильно помогло, и я , действительно, смог отдать долг родине. Благодаря профессиональным навыкам, многих удалось спасти», — говорит Даниелян.

Из 44 дней войны Даниелян с друзьями суммарно провели в Карабахе около месяца. Хирург не называет число спасенных жизней — «не считали, такой задачи не было».

Боролись за каждого

По словам Даниеляна, дефицита медикаментов в степанакертской больнице не возникало, а если вдруг в какой-то момент нехватка ощущалась, то восполнялась моментально. Благодаря сплоченности, помощи различных армянских фондов, отдельных личностей — дефицита не было практически ни в чем.

«Все компоненты крови, все аппараты, все инструменты обновлялись практически ежедневно. За счет патриотов, за счет частной помощи. Никто не ждал участия государства. Люди самоорганизовались, звонили, спрашивали, что нужно. Я знаю сотни людей, которые были включены в процесс», — сказал Даниелян.

Основная проблема заключалась в большом числе раненых. Были дни, когда было особенно сложно.

И хотя согласно законам войны, во время боевых действий часто возникает очень болезненный вопрос «сортировки» (если врачи понимают, что шансов спасти пациента, практически, нет, то, как правило, они пытаются помочь тем, у кого их больше), в Степанакерте его не было.

Местные работали не покладая рук, но десант врачей-армян из-за рубежа позволял не отказывать в помощи даже тем, у кого было мало шансов.

«Боролись практически за каждого — силы позволяли», — рассказал Даниелян.

Война и коронавирус

Задолго до начала войны Даниелян уже переболел коронавирусом. Но после возвращения в Москву выяснилось, что у него значительно выросли титры антитела. А это значит, что он переболел еще раз — уже в Карабахе.

Данных, статистики по коронавирусу в Нагорном Карабахе не было. Да и сложно было ее собрать. Но многие врачи, как и Даниелян, заболели там в период работы.

«Они продолжали работать, поскольку, когда поступают десятки раненых, все остальные вопросы отходят на второй план. И никто не пытался проводить диагностику, ПЦР-тесты», — вспоминает хирург.

Несмотря на отсутствие статистики, он уверен, что это было большой проблемой. Скорее всего, инфицированные передавали болезнь друг другу, в том числе, в больницах.

Именно поэтому развязывание войны в период пандемии — двойное преступление, которое противоречит всем принципам гуманизма.

Переживания не помогут

Уже после того, как Даниелян и его коллеги вернулись в Москву, их накрыла депрессия.

«После войны нам было сложно сконцентрироваться на своей плановой деятельности. Мы, понимали, что не можем заставить себя делать обычные операции, которые мы делали до войны», — говорит Даниелян.

Все мысли были заняты днями войны, ранеными, людьми, которые их окружали. Состояние было слишком эмоциональным, тяжелым, но осознание всего произошедшего пришло позже.

«Когда оперируешь, спасаешь людей, то тебе кажется, что ты в бою, и ты действительно побеждаешь. Но когда сталкиваешься с результатами, с таким количеством погибших и пострадавших… это очень сложно», — вспоминает Даниелян.

Выход из этой депрессии был долгим и сложным. Невозможно было не только оперировать, но и писать научные статьи, жить нормальной жизнью в целом.

Потом стало понятно, что раздумья, воспоминания и переживания не помогут. Поэтому врачи решили перейти к практическим шагам и сконцентрировались на образовательных программах – каждый по своей специальности.

«Я вот по части торакальной хирургии (хирургия органов грудной клетки, ред.). Вместе со своими друзьями в июне я организую симпозиум образовательный в Ереване. Приедут 10 известных специалистов, профессоров из Москвы и Санкт-Петербурга», — говорит Даниелян.

Это позволит повысить профессионализм местных врачей, будет способствовать установлению научных и практических связей между специалистами.

О воспоминаниях еще одного врача — травматолога-ортопеда Норайра Захаряна, прилетевшего на помощь коллегам в Карабах, в другом материале Sputnik Армения. 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь